NEWS

РОЛЕВАЯ ЗАКРЫТА
Спасибо, что были с нами.


BANNERS
ADMINS
watching you, man

LINKS
сюжет население карта f.a.q. правила роли занятые внешности занятость населения квесты и запись список npc магазин артефактов шаблон анкеты акция #1 акция #2
Вверх страницы
Вниз страницы

GRAVEBAY

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » GRAVEBAY » ADVENTURE STORIES » [30.06.2020] По ту сторону.


[30.06.2020] По ту сторону.

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

USER
с кем

DATE
когда

PLACE
где

DESCRIPTION
что происходит

http://savepic.net/7437821.png


http://savepic.net/7108295.png


30.06
2020

Пустошь -> Неизвестный мир по ту сторону портала

Странное стечение обстоятельств приводит двух жителей Грейвбэй на пустошь, где перед ними открывается портал в новый, неизведанный мир.

0

2

Недавно на станции сложилась такая традиция - по вторникам вечерний эфир вели стажёры. По словам руководства, это должно было привлечь на станцию новых людей. Когда единственное местное средство массовой информации вызывает у горожан опасения и приравнивается к городским легендам, вроде... остальных мест, это первый тревожный звоночек на пути к недоверию правительству. Вообразимо ли: жители Грэйвбэя не доверяют правительству? Это непременно повлечёт за собой массовые смерти, почаще, чем один стажёр в два месяца. 
Ведущему запретили слишком много об этом думать - не хватало ещё, чтобы маленькая проблема, которую нельзя называть, привлекла внимание случайного трепливого телепата-прохожего.
Сесил рассчитывал на этот выходной и готовился к нему чуть ли не с прошлого вторника, потому, что так повелось: за каждую ошибку, допущенную новичком, он ответит лично.
Никто не любит отвечать за чужие ошибки.
Вечером он написал план передачи, темой которой сегодня станет очередное сообщение Тайной полиции об оборотничестве. Кроме стандартных предупреждений, Сесил ещё вчера получил список обнаруженных проклятых мест, который должен дважды зачитать. Вечером - он готов поклясться - список отличался от утреннего по крайней мере пятью пунктами. Такое регулярно с ним случалось.
Ближе к двум часам дня, чтобы не попасть на пустошь в самое пекло, Сесил вышел из дома с сумкой, в которой лежали фонарик и куртка - на случай, если он задержится до темноты, - и тростью, чтобы не дразнить воображение и до пустошей оставаться, как это называют, "в себе". 
Дорогу от дома до радиостанции парень знал назубок, и последние лет двадцать спонтанной телепортации зданий здесь не случалось. От радиостанции до пустоши максимум две минуты пешком. Из любого места в Грэйвбэе в любое место Грэйвбэя (не считая парка для собак) можно дойти пешком, и коренные жители уже перестали этому удивляться - но не Сесил. Он так любил общаться с приезжими, что сам в душе потихоньку становился приезжим.
Проходя мимо радиостанции, он ненадолго остановился - имело смысл зайти и проверить, не совпадает ли нынешний список с тем, первым. Это никак не повлияет на исход передачи - стажёр видит только то, что материально - но совесть Сесила успокоит. 
Проклятый отошёл с тротуара в сторону, сложив руки на трости, и открыл третий глаз, глядя через окна станции. Горит свет, и передача идёт - в это время по будням передают пятимянутные детские песнопения, спонсированные церковью Хтона. Палмер сомневался, что это называется "спонсировать" - скорее, "навязывать".
Это ещё одна вещь, о которой ему тоже нельзя думать в общественных местах.
У стены дома на другой стороне улицы стояла девочка с велосипедом и звонила в звонок, пронзительно и часто, пока Палмер стоял напротив радиостанции и тратил на размышление непозволительное количество времени, которое пригодилось бы ему для исследования пустоши.
Она не больше леса и не загадочнее маяка, энтузиасты исходили её вдоль и поперёк по двадцать раз, но случайные прохожие постоянно находили там то, что потом обсуждали шёпотом, оглядываясь. Сесил не был бы Сесилом, если бы оставил это без внимания.
Изнутри станции на стекло брызнула кровь, и ладонь стажёра - с этими тонкими длинными пальцами и серебряным кольцом, которое Палмер запомнил отчётливо - мазнула вдоль, перечеркнув окно пятью красными линиями. Он сделал шажок назад, закрыл рот ладонью и сказал себе, что не слышал звук удара руки о стекло.
Вторая часть парня, сомневающаяся, возразила - он ведь сам знал, какая на станции звукоизоляция.
Сесил тут же решил, что выходной -  день, когда на работу идти не надо, и лучше бы ему поторопиться, иначе он так и проведёт здесь время до темноты, окружённый собственными фантазиями. Перед тем, как снова "ослепнуть", он обернулся и посмотрел на дома вокруг, чтобы перед глазами не стояло это окно, которое изнутри аккуратно протирали белой тряпочкой.
Девочка всё ещё стояла там.
За последнюю минуту она сильно распухла, местами покрылась трупными пятнами, и её тело поросло толстым слоем лишайника вместе с одеждой, велосипедной ручкой и педалями. Он отвернулся и пошёл, видя, как с каждым мгновением сужается улица, и за его подошвами тянется нечто чёрное и липкое - постоянная иллюзия, которую Палмер видел чуть ли не каждый раз. 
До пустошей осталось перейти дорогу, до конца дойти квартал и свернуть за угол, но Сесил не рискнул остаток пути созерцать Грэйвбэй.

+1

3

Жухлая трава на пустоши из последних сил пыталась пробиться сквозь землю, поэтому на то, чтобы вырасти достаточно высоко, их у неё просто не оставалось. Где-то она была вытоптана вовсе, ногами туристов или местных охотников за различными необъяснимыми явлениями, об этом месте ходило достаточно слухов, и, бог знает, сколько из них на деле оказывалось правдой. Многие хотели выяснить для себя, что может это место на самом деле. И пусть Лаури не причислял себя к тем двум группам людей, которых чаще всего можно было заметить на пустоши, сегодня он тоже был здесь и хотел кое-что для себя узнать.
Однажды кто-то рассказал Лару, что если долго бродить по пустоши, то она покажет тебе то, что ты больше всего хочешь увидеть. Вроде того зеркала  Еиналеж, которое Гарри Поттер отыскал в одном из залов Хогвартса и увидел там своих умерших родителей, стоящих рядом с ним. Линдлей тогда очень скептически отнёсся к этому высказыванию, он не думал, что пустырь за мотелем умеет угадывать чьи-то желания. В детстве Лаури вообще мало верил каким-либо россказням про свой родной город, кроме тех, что ему довелось прочувствовать на собственном опыте. Он часто лазил в такие места на спор, возвращаясь оттуда с гаденькой ухмылочкой на лице и полным опровержением той лапши, что навешали ему и его друзьям на уши.
И чёрт знает, почему в тот раз Линдлей не разбил лагерь в пустоши, пытаясь доказать своему знакомому, что нет там никаких волшебных зеркал, или хотя бы магических порталов с похожими силами, угадывающих твои желания, и вспомнил об этой истории только спустя много лет.
Она всплыла в его памяти, когда он уже был давно не тем скептически настроенным мальчуганом. Когда Лар успел умереть и превратиться в бесплотного духа, сам став зримым доказательством некоторых историй, слышанных и опровергаемых им в далёкое беззаботное время. Теперь его сестра исчезла бесследно, а он исчерпал все возможные варианты того, куда мог припрятать её этот чёртов город, по крайней мере все разумные варианты. Теперь у него остались только сказочки. Глупые детские истории и суеверия, за которые он принялся цепляться, как за последнюю возможную соломинку, которую протянул ему этот жестокий и странный мир.
Призрачное тело двигалось по низкой жухлой траве от портала к порталу. Оно парило над землёй, по крайней мере так могло показаться невооружённому глазу, ведь на жалком подобии растительности под духом не оставалось никаких следов.
Овальные просветы в иные миры то появлялись, то исчезали. Какие-то из них приведение нагло игнорировало, перед другими же задерживалось на долгое время, словно увидело там что-то интересное, или у него просто кончились призрачные батарейки. Лаури провёл здесь всю прошлую ночь и намеревался пробыть столько, сколько потребуется, чтобы пустошь перестала дразнить его мутными видениями пёсоголовых монстров танцующих с бубнами или комаров размером с Эмпайр-стейт-билдинг, наконец услышала его желание и показало ему его сестру. Или хотя бы то, что от неё осталось и место, где она встретила свою смерть.

+1

4

Трость чуть-чуть погружается в песок. Сесил чуть-чуть погружается в песок - или ему так только кажется. Он осторожно переступает с ноги на ногу, глубоко вдыхает. Запах горячего асфальта, подозрительно близкий к запаху расплавленной смолы, сменяется сухим, близким к запаху библиотечной пыли. Палмер из тех, кто ненавидит пыль, и его душит не запах, а собственная мнительность. Чуточку семян, чуточку дождя - и пустошь будет пахнуть степью. О, этот цветочно-травянистый аромат, которого он не знал, но о котором читал так часто.
Если слухи правдивы, то растения, которые здесь появляются, могут запросто прорасти в другое измерение. Город в другой вселенной никак не расправится с загадочной растительностью, появляющейся периодически в одном и том же месте. Гербициды не спасают. Назойливые ростки пробиваются сквозь бетон.
Сесил складывает трость, отряхивает и прячет в сумку, массирует кончиками пальцев висок. Он итак больше часа тянул, пора заняться делом. Когда он вернётся домой, у него будет материал, и если Тайная полиция не заставит его отрицать прочитанное во время эфира...
На пустоши пусто.
Пяток цветных двумерных проёмов заманчиво сверкают в полутора футах над землёй. Их может быть и больше - вероятно, Сесил просто смотрит на них под неправильным углом.
Или их вовсе не существует.
Палмер здесь не один: с ним ещё пожилая женщина, у неё в руках трость с квадратной опорой. Она идёт медленно, плавно огибая порталы и глядя перед собой. Высокий черноволосый парень висит в воздухе рядом с порталом столько, сколько радиоведущий смотрит на него. Потом Сесил отводит взгляд, и фигура начинает двигаться, замирает стоя к нему в профиль.
Или их вовсе не существует.
В обычной ситуации чуть проще примерно определить, что реально, а что нет. Сесил смотрит под ноги, и под толстым слоем насекомых, потрескивающих и жужжащих, замечает мелкие камешки. Можно кинуть камешком в старушку, кинуть в парня и проверить, кто из них живой - но что если живой окажется старушка?
На всякий случай Сесил хорошенько поморгал - вдруг кто-нибудь изменит свои черты, или порталы передвинутся.
Ничего не случилось. Он сощурился от солнца, ожидая, что ему в голову придёт простое решение. Чтобы выжить, достаточно придерживаться программы-минимум - то, что выглядит опасным, существует.
С чего-то надо начинать. Палмеру очень не хватало книги "Тысяча и один способ доказать существование порталов". Он решил, что последует за одним из заманчивых видений, любезно предложенных ему собственным мозгом. Старушка уж точно не ведома духом исследователя, а дальше и выбирать-то не из кого.
Сесил осторожно потрогал кончиком ботинка кучку сороконожек в попытке определить, есть ли что-то под ними или нет, потом снова развернул трость - она виртуозно играет роль трости, когда пол превращается в лаву, в болото или исчезает. Он посмотрел на раскрашенное лицо незнакомца и, отбросив сомнения, неспешно последовал в его сторону - на случай, если неожиданно он передвинется к другому порталу.
Старушка рассыпалась на сороконожек и сравнялась с полом. Сесил видел это, но всё равно не ручался, что её там нет.

0

5

Он слышит множество голосов, они вырываются на него из порталов, желая быть услышанными хоть кем-то. Крики, стоны, невнятные бормотания, и лишь порой средь этой какофонии пробиваются слова или цельные фразы, которые можно как-то переварить и осознать. Каждый провал зовёт к себе, и всякий по-своему. Будь Линдлей одним из туристов или этих искателей приключений, он бы давно сунулся в один из них.
Но Лаури только прислушивается и ждёт. Он устал рассматривать их, и теперь лишь слушает, навострив призрачные уши. Он ждёт, пока до него донесётся нужный голос, сладкий голосок его сестры, за которым он готов идти хоть в пасть чудовища.
Сейчас мир вокруг Лаури неподвижен. Не на самом деле, а лишь для самого призрака. Ему нет дела до облаков, плывущих по голубому небу над головой, до людей, куда-то спешащих по другой стороне улицы. Даже до тех, кто бродит рядом с ним. Ему важны лишь голоса, не этих праздных гуляк, а той, которую он ищет.
И когда до него доносится голосок Ланы, дух вздрагивает, словно испуган тем, что всё-таки услышал, словно не ждал и не жаждал, чтобы пустошь заговорила с ним, показала ему его любимую сестру.
Она и не показывает. Он выходит из ступора и оглядывается по сторонам, но нигде не видит младшую сестру. Они словно поменялись местами, и она стала духом, который умеет скрываться от глаз за пеленой невидимости, а он превратился обратно в человека, для которого видеть невидимое это что-то далекое и неподвластное.
Он мотается средь порталов, пытаясь различить из какого именно сестра зовёт его. Чудовища исчезли из них, и теперь они стали не больше, чем зеркала, отражающие пустынные улочки Грэйвбей, и нет ни одной одинаковой, на каждом своя, одна из тех, что Лар знает наизусть.
Бормотание стихает, остаётся лишь голос Ланы, многократно умноженный, эхом несущийся по пустоши. В одном из порталов Линдлей замечает улицу, где стоит их старый дом, родительское гнездо, в котором он провёл свои лучшие годы. Он подплывает к расщелине с домом, слишком близко наклонившись к ней, и рассматривая. А она, в свою очередь, заглатывает его. И после того, как призрак исчезает в ней, на поверхности портала начинают расходиться круги, словно по воде, в которую кто-то решил бросить камень.

+1

6

Чтобы телепортироваться, нужно подойти к порталу - это в первую очередь.
Парниша - как его ещё назовёшь? - выглядит так, будто не имеет физической формы вообще. Сесил считает, что это шутки его глаза, и улыбается - это звучит смешно. Ещё смешно наблюдать, как кого-нибудь затягивает в портал. "Затягивает" - неправильное слово, потому, что сейчас этот парниша был здесь, а через мгновение его больше нет. Как в воду канул.
В прямом смысле. Изображение дома искажено плавными линиями - Сесил не раз видел такое наяву, даже когда мог не сомневаться в своём зрении. Волны горячего воздуха понимаются вверх - если вы живёте в городке в пустыне, вы можете есть на завтрак эти оптические иллюзии вместе с вашими хлопьями, или что там вы предпочитаете есть на завтрак.
Портал может только казаться ему - и тогда Сесил сделает шаг вперёд, закроет глаз и будет долго стоять на жаре в темноте, ждать, что что-нибудь произойдёт, пока не почувствует, что его спина стала теплее, чем грудь - солнце ныне светит оттуда, сзади. Если из портала кто-нибудь смотрит, и люди там тоже не прокляты каким-нибудь дурацким образом, они видят сейчас тёмную фигуру ведущего, медленно подходящего к порталу. Палмер склонен думать, что всё-таки порталы не настоящие, и из соображений безопасности он мог бы использовать камень, чтобы проверить.
Он выделил себе целый вечер, чтобы проигнорировать эти соображения, даже если ему придётся умереть. Целый вечер для этого - предостаточно, он даже успеет исполнить какую-нибудь дурацкую последнюю волю.
Волей Сесила было доказать, что порталы никуда не ведут - в первую очередь, себе самому, а потом и слушателям.
До портала три шага, и Сесил снова складывает трость, чтобы не мешала в руках, если вдруг придётся падать. Через три шага он может просто выглядеть глупо, исчезнуть на пятьдесят лет, чтобы потом появиться снова или перестать существовать. Быть стёртым из памяти. Разве не такова судьба радиоведущих Грэйвбэя?
Следовать традициям - вот что от него требовалось.
Он спотыкается о невидимый для него камень, три шага схлопываются в полтора и взмах руками. Сесил не знает, как это выглядит со стороны и споткнулся ли он на самом деле. Органы равновесия говорят, что он ненадолго потерял равновесие - и это всё, что им известно о Сесиле. Может быть, его снова обмануло зрение и он уже вошёл в портал, летит сейчас вне времени и пространства, сжимая в руке трость, на ощупь очень горячую, как и большинство поверхностей в городе.
В хорошую погоду, конечно.
Палмер почти забыл о парнишке. Он закрыл глаза, ничего не чувствует вокруг себя, кроме трости - как будто находится в невесомости.
Хотя нет, под ногами ещё есть земля. Эта мелочь, к которой так легко привыкаешь, когда она всё время есть. И если есть земля, то почему бы не шагнуть ещё - разве не для этого она предназначена? Память подсказывает, что теперь-то Сесил прошёл портал - вдруг он не сделал этого в первый раз. Он немного выжидает прежде чем открыть глаза.

+1

7

Как только двое оказываются в портале, он с громким щелчком сворачивается и исчезает, оставляя в воздухе светящуюся пыль, которая больше похожа на светлячков. Пыль взмывает вверх и исчезает, сверкая на прощание, словно говорит этому городу о том, что они ее больше не увидят. Ни ее, ни портал, ни тех, кто оказался в нем. Но этого никто не видел, ведь местные уже давно не обращают внимание на пустошь, а туристы заворожены чавкающим звуком, который передавало радио.
Тайная полиция закрывает глаза на исчезновение двух людей. Она спокойна - и если это так, то спокоен и весь город.
Ведь ничего необычного не произошло.

Серые родные улицы издеваются, представляясь монохромными и каким-то не объемными, словно это все картонные фигуры, а не настоящие дома. Но стоит обойти здание - оно все равно не станет плоским. Если моргнуть - ничего не изменится. Над головой светит белое солнце, а его серые лучи падают на темный асфальт. Рядом с люком в канализации мелькают чьи-то белые глаза - но они исчезают буквально через секунду.
Голос Ланы раздается еще раз, но уже гораздо тише и страннее, словно его записали на старую кассету и прокрутили на магнитофоне, у которого есть привычка зажевывать пленку. Словно издеваясь, она называет имя брата, и постепенно, повторяя это имя, она говорит все тише и тише. Ее голос спокоен. Возможно, она даже улыбается. Нельзя сказать точнее, ее никто не видит, она - лишь иллюзия, созданная этим местом и обеспокоенным разумом.
Если оглянуться, можно увидеть, что жизнь тут есть - но вместе с этим ее почему-то нет. На столе стоит дымящийся кофе, только-только сваренной на новой машинке, его запах чувствуется даже отсюда. Чуть поодаль лежит велосипед с горящим фонариком. А из дома, в каких обыкновенно живут милые старушки с маленькими собачками, доносится грустная серенада с пластинки, в которой поется о тоске по семье. Пластинку иногда заедает, и голос вздрагивает, словно испуган чего-то.
Когда голосок Ланы затихает совсем, сзади раздается шлепок - это закрылся портал. По миру вокруг проходит какое-то секундное гудение, которое исчезает через мгновение.
Два гостя родного, но в то же время странного измерения встречаются взглядами. Наверняка они уверены, что с освещение мира пошутил кто-то из Тайной полиции.
Голос Ланы вдруг раздается вновь - и за поворотом мелькает чья-то тень.

0

8

Лаури хотел лишь посмотреть. Только увидеть и узнать, в каком из миров пропала его дорогая сестра, но у портала на этот счёт оказались свои планы. Зеркало, отражающее пустынные улочки Грэйвбей, поглотило его. Он не почувствовал падения, или чего-то ещё, хотя бы отдалённо похожего на это, его не обхватывали никакие невидимые руки, как это обычно показывают в фильмах. Просто в один момент он был здесь, а в следующий - стоял уже там, в мире, очень неизвестном по ощущениям и таком родном на первый взгляд.
Все здесь было чёрно-белым. Белое солнце на сером небе, чёрный асфальт, серая трава и дома, сочетающие в себе все оттенки и переходы, доступные монохромности. Немного поодаль, на бордюре, лежал велосипед. Его фонарик горел, а колёса медленно крутились, словно останавливаясь, будто бы буквально секунду назад кто-то соскочил с него и унёсся прочь. Лар огляделся по сторонам, но не увидел никого, кто бы мог оказаться владельцем велосипеда. Улица была абсолютно пустынна, и в домах он не видел ничьих силуэтов.
- Наверное сюда попадают все после смерти, - отчего-то подумалось ему, - если у них нет неоконченных дел.
Он ещё раз оглядел улицу и дома, и ему показалось, что что-то в его теории не стыкуется с тем, что он видит. Если бы парень действительно попал на ту сторону, здесь бы было не продохнуть от количества душ.
- Ведь умерших намного больше, чем живых, - пробормотал он, впиваясь глазами в монохром, разлитый перед ним. В монохром, источающий аромат кофе и звуки старинной музыки, но при этом лишённый даже самого малого признака других существ.
Не было ничего кроме запахов и звуков. Он всё ещё слышал голос Ланы, но теперь было сложно поверить, что с ним разговаривает его родная сестра. Жёванный, покорёженный голосок, словно льющийся с испорченной плёнки окутывал призрака. Линдлей прошёл немного вперёд, в надежде понять, откуда идёт этот конкретный звук, но резкий хлопок, раздавшийся за спиной, заставил парнишку обернуться.
Перед ним стоял человек. По крайней мере это сушество было очень похоже на человека, за исключением того, что вместо двух глаз, положенных обычному смертному, у этого их было три. За спиной незнакомца, на том месте, где находился портал, осыпалась белёсая пыль.
- Что это за хрень? - спросил Лаури, обращаясь к неизвестному, - Ты кто такой? Где моя сестра?

0

9

Лаури.
Сесил слышит это, а в своём слухе он не сомневается.
Лаурилаурилаурилаури.
Много-много раз подряд. Сломанный патефон зажевывает пластинку, слова повторяются, вытягиваются и затихают.
Сзади раздаётся шлепок.
Первый шлепок, первый вдох, яркий свет.
Сесил открывает глаз и оглядывается. Нет никакого яркого света, и он - лишь часть дагеротипной фотографии, на вид такая же серая. Город живой - почти живой, если не считать, что Сесил только что был на пустоши. Может быть, это пустошь теперь кажется ему такой?
Смешно, и он почти смеётся - хотя бы лукаво улыбается, прикрывая глаз и покачивая головой. Другие два открываются сами, слепо смотрят куда-то на серые ботинки, стоящие на серой земле. Если бы Сесил мог их видеть, они, наверное, тоже были бы серыми.
Сесилу нравятся серые глаза, и он бы посмотрел на своё отражение где-нибудь.
Кончики пальцев чешутся от желания к чему-нибудь прикоснуться, и он, поднимая взгляд, берётся рукой за ремешок сумки в надежде, что она всё ещё настоящая. Рядом с ним стоит парень, и он несколько мгновений смотрит прямо на Сесила. Сесил смотрит на парня.
У него на голове высокий колпак, на удивление красный, и его слова не вяжутся с выражением лица парня - он говорит о мёртвых и улыбается. Никто не делает так потому, что это крайне невежливо. Сесил не уверен, что тот обращается к нему, и недолго выжидает - потому, что этот парнишка может быть настоящим, раз он так навязчиво его преследует, и у него можно что-нибудь спросить.
Хотя бы про портал.
Галлюцинации в основном не говорят - значит, что-то рядом с ним есть. Не важно, на пустоши они или нет - он видит перед собой человека, и он должен сказать ему пару слов, раз уж они здесь вместе. Сесил не узнаёт его голоса, поэтому проще всего начать со знакомства.
Он протягивает руку.
Вообще-то, Сесил здесь совсем не для этого - он должен заниматься исследованием порталов, и, если это возможно, вернуться домой к ужину. Если нет - его исчезновение примут как данное.
Сесил знает это как никто другой.
Палмер не может повернуться к собеседнику спиной, бросив что-то вроде "извини, но я пойду трогать окружающий мир" и скрыться во тьму. Это тоже невежливо.
Он видит, что тьма подступает - как и всегда, преследует его, вот только здесь у неё гораздо больше прав. Куда там тягаться с ней, если в основном всё состоит из тьмы - по большей части или по меньшей? Улицы исчезают в ней незаметно, если стоять и смотреть - так и не увидишь, но вот если отвести взгляд, а потом посмотреть снова - подступает ощущение приближающейся смерти, и во рту появляется привкус печёных яблок.
Такой знакомый.
Ведущий смотрит на спасительный колпак, и он только приоткрывает рот, чтобы сказать, что он Сесил Палмер, ведущий на радиостанции, и ему приятно познакомиться с...
этим парнем, когда он ответит
но случай не представляется, потому, что парень хочет знать, какого хрена.
И Сесил с радостью бы ему ответил, да вот только что-то язык не поворачивается. О какой сестре идёт речь? Он всё равно не видит, так ли улыбчив его собеседник, и не знает, что он сейчас делает. Если его шеи не касается лезвие, если его виска не касается дуло - вовсе не значит, что всё хорошо.
Палмер без боя не сдастся. Он будет отвечать.
Начинать желательно с простого - говорят, потом легче перейти к сложному. По нарастающей.
- Я Сесил. Работаю на радиостанции. Провожу вечерний эфир.
Про хрень он тоже ничего не знал, поэтому решил подождать до выснения обстоятельств.
Что же касается сестры...
- Я никого не видел ещё. Она… как её зовут? - может быть, Сесил был с ней знаком?
Судя по замешательству человека в колпаке, он куда-то переместился, значит, переместился и Сесил. Порталы реальны, они оба по ту сторону - остальное подождёт. Перемещения между измерениями  спешки не терпят.
Можно пока поискать его сестру.

+1

10

Лана настойчиво скрежетала ему в уши своим сломанным, покорёженным голосом, от которого невольно начинали бежать мурашки. Что-то промелькнуло там, в стороне, очень похожее на человеческий силуэт, но слишком чёрное, словно лишь человеческая тень, а не сам человек. Будь Лаури более трусливым типом, он бы давно уже принялся бегать по округе и вопить о том, что хочет вернуться домой, но ведь Лар был бесстрашным мертвяком, плюс ко всему ещё и практически бессмертным. Так чего ему бояться в этом новом неизвестном мире?
- Ты оттуда или отсюда? - спросил он, когда существо напротив него закончило с представлениями. Этот вопрос был действительно важен. Он не знал, встречаются ли в этом измерении трёхглазые ведущие с именами на букву С. А тот, старый, добрый Грэйвбей, выкидывал финты и покруче этого. 
- У моей сестры чёрные, длинные, волнистые волосы, зелёные глаза и задорный характер, а ещё она не умеет ходить сквозь стены, - начал он, чувствуя, словно припёрся в полицейский участок и подаёт заявление о пропаже, - ей 22, наша фамилия Линдлей, она исчезла дней десять назад. Я искал её всё это время, и не нашёл даже трупа в морге. А надо было всего лишь прийти на пустошь и сунуться мордой в портал. Господи, теперь она зовёт меня из всех щелей, а я начинаю думать, что это не она. Ты только послушай, послушай всю эту хрень! Если её не превратили в отстойный патефон для старух, что воняют кошачьим дерьмом, то тут явно какая-то подстава.
Он махнул рукой, указывая на дом по правой стороне от них, не очень уверенный в том, что собеседник вообще увидит этот жест. Слишком странные были эти три глаза, он не мог понять глядят ли они на  него или куда-то сквозь него и смотрят ли вообще. Более того, с ними этот Сесил выглядел каким-то всезнающим. Вроде великого ясновидящего или кого-то вроде него.
- А справа наш грёбаный дом. Только проблема в том, что на самом деле он жёлтый, с крышей цвета кирпича, а не картонный и чёрно-белый, как отстойная декорация для доисторического фильма моей бабушки. Вот я и спрашиваю, какого хрена. Какого хрена тут происходит, чел?
Линдлей чувствовал себя так, словно ему дали задачку, условия которой представляют из себя дикую тарабарщину. Что-то вроде «Сколько яблок в одном ящике апельсинов?». Ему надо было непременно решить её, а ответ «нисколько» никак не хотел выглядеть хоть чуточку верным.

+1

11

- Оттуда, - быстро ответил Сесил, показывая большим пальцем себе за спину, и задумался.
Как здесь не задумаешься? Уже третий десяток лет каждый раз, когда его спрашивают, местный ли он, Сесил начинает в этом сомневаться. Сладкое мгновенное оцепенение и сильное желание сказать, что он впервые всё это видит.
Или не видит - он слепой, вообще не понимает, где находится, запутан больше вашего. Забавно? Забавно.
Но сейчас не время дурачиться, иначе придётся пить какао не дома, уже наполовину лёжа в постели, а во время перерыва в студии, без зефира и без времени на монотонное помешивание.
По часовой. Против часовой. Воронка, безжалостно треплющая мягкие белые тельца.
Может быть, придётся пить какао в альтернативной вселенной, или не придётся вовсе. Этого никак нельзя допустить. Поэтому не время дурачиться.
Сесил внимательно кивал, пока парень говорил, и чувствовал лёгкое неудовольствие - ничто из названных парнем качеств не подходило под определение "имя". Палмер не был настолько чёрствым, чтобы не понять, почему парень выдал эту тираду вместо того, чтобы просто...
Но он не мог приложить руки ко рту и крикнуть во весь дикторский голос "Эй, девушка-Линдлей двадцати двух лет!". С другой стороны, это могло и не помочь. Может быть там, на другом конце города, стоит она, черноволосая и задорная, и слышит их с парнишкой голоса, искажённые и повторяющиеся. И боится идти навстречу.
И если каждый портал, когда-либо открывшийся на пустоши, куда-то ведёт, то найти её почти невозможно.
Сесил послушал всю эту хрень - звучит действительно неважно. Он выяснил для себя две вещи: во-первых, Лаури Линдлей, скорее всего, когда-то был его одноклассником, а раз он, Сесил, видел его, значит он или мёртв, или...
Или он в Грэйвбее. Это не какой-нибудь небольшой европейский городок с картинки, где из пропажи человека делают сенсацию, и где немыслимым считается наличие третьего глаза, второго облика или ещё чего-нибудь подозрительного. Это Грэйвбей. Ну, тот самый.
Сесил не умеет ходить сквозь стены, поэтому, наверное, Лаури умел. Теперь.
Он задумчиво потеребил ворот рубашки и сощурился. Он должен был думать, как найти сестру призрака, но он думал о колпаке - потому, что тот был откровенно странным. Палмер не знал, что смерть делает с людьми, поэтому решил попридержать коней - мало ли, вдруг теперь у Лаури голова как у малоротой макропинны, и ему стыдно ходить по улицам обнажённым до самых внутренних органов. Всякое бывает, нечего заострять на этом внимание.
Ведущий не успел отвечать - он решил дослушать экскурсию прежде, чем задавать вопросы, как это делают воспитанные люди. Это хрень, это грёбаный дом, и чья-то бабушка упоминается слишком часто.
Пора бы ей появиться.
Палмер понял, что она с минуты на минуту появится, и лучше бы ему в этот момент быть подальше.
Значит, это ему не кажется, и на самом деле всё действительно чёрно-белое? Странная конфигурация для альтернативного мира. Если бы он хотел заманить двух путников в смертельную ловушку, он бы сделал этот мир точной копией предыдущего, чтобы потом смотреть, как удивление, страх и, наконец, агония плавно сменяют друг друга, как эпизоды затянувшегося сериала.
Он закрыл глаз, чтобы больше не мучить себя колпаком - сколько можно на него пялиться?
К делу.
Вооружившись тростью, Сесил честно ответил:
- Я тут не больше минуты, ещё не до конца разобрался.
Земля твёрдая, машин нигде и в помине нет - а всего остального бояться пока бессмысленно.
Но если они не сдвинутся с места - так они с места не сдвинутся.
- Не будем стоять тут до Рождества. Дом прекрасный, но мне не кажется, что она будет ждать тебя дома после десятидневного отсутствия - в крайнем случае, дома там, а не здесь. Поэтому можно пойти на голос.
Или на пустошь, чтобы посмотреть, есть ли там порталы - вернуться обратно рано или поздно придётся.
- Если эти звуки издаёт не она, надо бы поскорее отсюда убираться. Думаю, будь тут совсем безопасно, по улицам разгуливали бы пропавшие Грэйбеевцы и приезжие.

+1

12

- Я думаю, что всё-таки надо проверить. Так, на всякий случай. Будет забавно, если мы попрёмся на голос, а Лана будет сидеть где-нибудь в нашей ванной, прикованная к батарее, или прятаться в шкафу - Лар покосился на дом, и в его воображении очень живо возникла эта картина. Вот его сестра попадает в этот мир, вот она встречает какую-нибудь тварь, или слышит голоса, а потом видит их дом и идёт переждать бурю там.
- Я могу сделать это один, а ты подожди здесь, если хочешь, - кинул он Сесилу, разворачиваясь в сторону дома, - или можешь валить на все четыре стороны, если вся эта хрень напрягает тебя меньше чем меня.
Он не стал дожидаться пока ведущий пойдёт за ним или выдвинет ещё одну гениальную теорию о том, куда им надо идти и что делать. Лар направился в дом. Асфальт под его ногами превратился в бетонную подъездную дорожку, трава вокруг которой была подозрительно неподвижна, будто не было здесь не только людей, но также и насекомых, которые могли бы шастать в ней. Он не стал долго обдумывать это, его ноги уже коснулись ступеней, и он двумя лёгкими прыжками оказался на крыльце.
Внезапно Линдлея охватило ощущение, что перед ним и правда театральная декорация. Что он сейчас откроет эту дверь, которую видел каждый день с момента своего рождения, и увидит там задний двор. Не прихожую, с полкой для обуви и крючками на стене, не гостиную, с большим диваном и антикварным отцовским проигрывателем, который они с Ланой в детстве называли сковородкой, а пластинки, которые ставил туда Джозеф, блинами. А траву, также неподвижно стоящую колом, словно тысячи игл, и сарай, в котором родители хранили газонокосилку и прочие инструменты.
Призрак тряхнул головой, пытаясь избавиться от наваждения. Ему не нравились собственные мысли, трусливые и тупые, словно у маленького глупого мальчишки. Он протянул руку к двери и схватился за ручку, дёрнув со всей силы, которая ещё не покинула его почти нематериальное тело.
Дверь издала звук, но не поддалась. Она оказалась закрытой. С чего он вообще взял, что она будет открыта? Дух отключил материальность и прошёл сквозь неё, в прихожую дома.
Лар материализовал руку и открыл дверь с другой стороны, на тот случай, если Сесил всё-таки решит пойти за ним. Лаури проплыл внутрь дома, оглядывая обстановку, которая утратила свой цвет, как и всё снаружи, но больше не претерпела никаких изменений. Даже сковородка торчала на своём привычном месте, возрождая в голове приятные воспоминания.
- Лааанаааааа, - крикнул он во весь голос, - Это я, Лаури, ты дома?

0

13

Лаури-и-и-и...
Голос девушки раздался вновь, но теперь более громко, словно она действительно была где-то в этом доме. Но стоило прислушаться - как все звуки исчезли, оставив только громкое "кап-кап" с кухни, где не до конца был закрыт кран. И больше ничего - ни девушки, ни движений, ни даже других тихих звуков, которые всегда сопровождают жизнь таких небольших домиков на окраинах точно таких же крохотных городков, потерявшихся в пустыне и забытых всеми, кроме самих жителей.
Все предметы в доме отбрасывали неестественную тень, словно были картонными фигурами, такими же плоскими, какие иногда делают на премьерах фильмов для посетителей, чтобы с ними сфотографировались. Но стоило обойти предмет вокруг, как он не превращался во что-то двумерное - это были настоящие объемные предметы, попросту выглядящие как вырезки из картона, но ими не являющиеся.
Внимание наверняка привлекло небольшое черное пятно, точнее, их череда, идущая тонкой цепочкой до самой кухни, где посередине была разлита огромная липкая черная лужа, пахнущая странно и неприятно, словно была не от места сего и появилась совершенно внезапно - из других мест никакого другого запаха слышно не было. На этом месте непонятный след обрывался. Кран продолжал капать вниз, и все это отдавалось глухим эхом. Кап-кап. Кап-кап.
На улице, где стоял Сесил, было мертвенно тихо.
Надо было закрыть кран - может, это даст какую-то новую подсказку?
Ах, Лаури, - что-то громко вздохнуло у Линдлея над ухом знакомым женским голосом.

0

14

Сесил зачем-то согласился, зачем-то даже вслух,  а потом, когда  Лаури уже подошел к двери, недолго тихо посмеялся - над собой, как положено.
Здорово, да. Здорово, если она ждала так долго, а теперь, когда ей осталась четверть часа, она увидит, как брат пройдёт мимо. Пусть это была бы даже не четверть часа, а больше, и потом Лаури успел бы вернуться обратно в дом, и успел бы спасти сестру - не важно. Как только у неё появится надежда быть спасённой, каждое мгновение ожидания вдали от вожделенной свободы - а, впрочем, это всё фантазии. Палмер уже решил последовать за Лаури, и теперь то же самое могло случиться с сестрой незнакомца в колпаке, если она была не в доме.
Не выйдет из него приключенца - все-таки радиоведущий и по ту сторону портала радиоведущий. Предположить, рассмотреть - можно. Сидеть бы ему...
Он оглянулся в темноту, в сторону станции - туда, где она предположительно находилась. Подсказка для туриста: хочешь уехать из Грэйвбея в том же составе, в котором приехал - не гуляй по незнакомым пустошам, не подбирай вещи, которые выглядят потерянными, не читай книги, если их нельзя найти по названию в интернете.
Оборачивайся почаще, если возвращаешься домой после наступления сумерек.
Голос, который желает тебе спокойной ночи каждый вечер - совсем не то, чем он должен бы быть. Он - не более чем Палмер младший, живущий неподалёку от радиостанции. Помаши ему рукой, когда будешь проходить мимо, и он не помашет тебе в ответ. Слепой Палмер младший тоже предпочитает оставаться на тротуаре по ту сторону дороги, и ты, конечно, понимаешь, что речь не о пешеходных переходах и светофорах.
Он, этот Палмер-младший, крепко сжал в руках трость, глядя, как его спутник проходит сквозь дверь и потом открывает ее изнутри. Он видел слишком много, и не важно, чего именно - поэтому он всё-таки помашет тебе в ответ, посмотрит на тебя каким-нибудь из своих глаз.
Кто обращает на такое внимание в наше беспокойное время?
Две разных темноты - привычная и эта, чужая, лёгкая и разреженная. Неприятное ощущение - как будто решил срезать дорогу по газону и наступил на что-то влажное и скользкое. Неизвестность - вот что пугает первые несколько мгновений. Может быть, просто трава, ещё покрытая росой, а может быть совсем не трава.
На ощупь дом Лаури был нормальным - с не-травой было чуть поспешное сравнение, но чего-то не хватало, к чему обычно так привыкаешь.
Сесил притворил за собой дверь.
Пустая длинная улица - должно быть слышно их с Лаури эхо, но не слышно ничего. Сесил стучит тростью по крыльцу - и снова ничего. Глухой и тихий удар.
Где-то капал незакрытый кран. Парень точно решил бы, что ему показалось, но слух не мог его обмануть.
В ванной или в кухне?
Кажется, где-то на первом этаже.
Он не вынесет этого слишком долго.
Лана снова что-то вздохнула возле Лаури. Ненадолго Сесил открыл глаз, ожидая увидеть колпак в первую очередь - но не увидел совсем ничего.
Очевидно, его спутник был нематериальным - значит, найти его на ощупь не получится. Сесил опустил взгляд. Из щелей у плинтуса поднимается дым, он накаляется и чернеет. Он непроизвольно вздыхает глубже - нет, ничего необычного. Плохая попытка поймать его.
- Лаури, - осторожно обратился он к парню, глядя прямо перед собой в надежде, что он ещё не успел далеко отойти и действительно стоит там, - где в вашем доме кухня?
Как стоит поступить - наклонить тарелку на себя или от себя, облить свою одежду или хозяйскую скатерть?
Бродить по чужому дому, трогая всё, что только попадётся под руку или задавать такие вопросы?

0


Вы здесь » GRAVEBAY » ADVENTURE STORIES » [30.06.2020] По ту сторону.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC